Портрет для Третьякова

Павел Третьяков, известный московский собиратель картин, очень хотел, чтобы в его галерее были представлены портреты знаменитых писателей его времени, выполненные кистью русских художников. У него уже были портреты Достоевского, Тургенева, Некрасова, Салтыкова-Щедрина, а Льва Толстого не было. И Третьяков просил художника Крамского поехать в Ясную Поляну.  "Прошу вас, - говорил Третьяков, - сделайте одолжение для меня, употребите все ваше могущество, чтобы добыть портрет".

Крамской поехал в Ясную Поляну. Это было осенью 1873 года. Как раз в эти дни Толстой работал над "Анной Карениной". Ему ни с кем не хотелось видеться и разговаривать. "Я как запертая мельница" - сказал он о себе в письме к одному из своих знакомых. Крамской не застал Толстого дома. Художнику сказали, что Лев Николаевич куда-то отлучился. Крамской пошел его разыскивать. Он спросил у работника, рубившего дрова:

- Не знаешь, ли, голубчик, где Лев Николаевич?

Работник выпрямился, взглянул на него внимательно и ответил:

- А вам он зачем? Это я и есть.

Так произошла встреча Крамского с Толстым. Сначала литератор отказывался позировать художнику. Но Крамской "употребил всё свое могущество" и все же уговорил его. И начались сеансы в яснополянском доме. Крамской работал сразу на двух холстах. Один портрет предназначался для семьи Толстого, а другой - для Третьяковской галереи.

"У нас теперь всякий день бывает художник живописец Крамской, - сообщала жена литератора своей сестре в письме, - и пишет два Лёвочкиных портрета масляными красками... замечательно похожи, смотреть страшно даже".

Многое поразило Крамского в облике и образе мыслей Толстого. Перед ним был уже не тот человек, который написал когда-то "Детство", "Казаков" и "Войну и мир". Художник почувствовал, что в Толстом происходит какая-то важная перемена. И ему удалось схватить выражение и общую атмосферу того времени, когда Толстой начинал работу над своим современным романом. В письме к Репину Крамской рассказывал о своих впечатлениях: "А граф Толстой, которого я писал, интересный человек, даже удивительный. Я провел с ним несколько дней и, признаюсь, всё время был в возбужденном состоянии. На гения смахивает..."

Что касается Льва Николаевича, то для него художник тоже стал находкой. Толстому нравилась его "очень хорошая и художественная натура". Он увлекся с ним беседами во время длительных сеансов. Они говорили об "избрании пути" в жизни и  искусстве, а "старых мастерах" и новом отношении к живописи, о правде творчества и просвещении народа. Эти беседы нашли затем отражение на страницах "Анны Карениной", особенно там, где изображен художник Михайлов.

Крамского поразила цельность натуры Толстого. Он понял, может быть, самую важную особенность эпического мышления автора "Анны Карениной". "Я помню удовольствие в первый раз от встречи с человеком, у которого все детальные суждения крепко связаны с общими положениями, как радиусы с центром, - пишет Крамской. - О чем бы речь ни шла... суждение поражало своеобразностью точки зрения".

Портрет Толстого, созданный в 1873 году в Ясной поляне, представляет собой пластическое, художественное выражение целой эпохи в жизни великого писателя. Перед нами автор "Анны Карениной", вполне сложившийся человек, полный раздумий о современности, о перспективах общественно-политического и экономического развития и, самое главное, о душе человеческой.

Э.Бабаев

Кавказские рассказы

Ознакомившись с дебютной автобиографической повестью великого писателя, переходим к разбору следующих произведений Толстого, соблюдая хронологию его творчества. 1852-1862 года для Толстого были богатыми на события и приключения. Первая половина их прошла в казармах, кроме того писателю довелось поучаствовать в Крымской войне, а вторая - в путешествиях по Европе. Лев Николаевич не имел достаточного запаса свободного времени для написания книг, поэтому этот период нельзя назвать плодотворным. За десять лет вышли следующие повести и рассказы: "Казаки", "Рубка леса", "Набег", "Поликушка", "Два гусара", "Три смерти" и "Утро помещика". При этом следует понимать, что если все эти произведения объединить в одной книге, то ее толщина будет немного меньше чем у книги "Анна Каренина". Давайте условно отнесём их в сборник Кавказские рассказы, так как большая часть этих рассказов создана под влиянием на Льва Николаевича военной службы на Кавказе (1852-1855).

Для  Толстого как писателя, для проблематики и поэтики его произведений характерно резкое противопоставление городской, светской и деревенской, близкой к природе жизни. При этом сам автор отдает предпочтение второй. Толстой поет своеобразный гимн природе и крестьянскому труду (труду на земле). Особенно важно отметить, что уже в своих ранних рассказах Лев Николаевич поднимает вопрос необходимости свободного труда на своей земле, пытаясь всеми возможными доводами обосновать право каждого человека на такую свободу труда и на землю (мы же с вами не забываем, что крепостное право в России было отменено, лишь, в  1861 году).

Удивляют пейзажные зарисовки Кавказа с его подлинной красотой и поэзией. Нигде еще не рисовал Толстой так детально целый день в жизни природы, весь ее естественный порядок и гармонию. Эти подробные описания не случайны, они заканчиваются кратким авторским заключением: "Природа дышала примирительной красотой и силой", которое сразу же наводит Толстого на одну из его излюбленных гуманистических мыслей:  "Неужели тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизмеримым звездным небом? Неужели может среди этой обаятельной природы удержаться в душе человека чувство злобы, мщения или страсти истребления ему подобных? Всё недоброе в сердце человека должно бы, кажется, исчезнуть в прикосновении с природой - этим непосредственнейшим выражением красоты и добра".

(Однако с этими мыслями Толстой переусердствовал, идеализировал для литературной красоты. Крокодил тоже красив, если на него смотреть издалека, а не плавать рядом с ним. Природа в себе может таить ужас. Вряд ли кто-то из жителей Помпеи в далеком первом столетии нашей эры восхищался красотой разбушевавшегося Везувия, извержение которого уничтожило несколько Римских городов. Так же и с людьми, в театре они - все красивые, даже нищие, от них не свербит и об их одежду невозможно запачкаться. Но это лишь спектакль, на который смотришь издали.)

В общем, долго разглагольствовать нет желания, буду краток. Меня совсем не вдохновили данные рассказы. Да простит меня Толстой, но скучновато и посредственно (имею в виду идею и смысловое наполнение. Сам же литературный стиль изложения - прекрасен, ему могут позавидовать многие писатели).

Единственный рассказ, который прочитал с наслаждением - "Утро помещика". Скорей всего потому, что он очень близок к моим недавним утопическим взглядам на общественное устройство и разочарованию в них.

После прочтения данного рассказа возникают вопросы: "Нужно ли стараться для людей сделать общество лучше, наладить их жизнь? Нужно ли им это? Готовы ли они трудиться и стремиться к прекрасному будущему?"

Самого же меня, удивил тот факт, что Толстой обратил внимание на данную "паршивую" природу человека, стоящую на пути к высокоразвитому "социалистическому" устройству общества,  в самом начале своей литературной карьеры. Поэтому мне самому хочется узнать, как же дальше будет эволюционировать его мысль.

Детство. Отрочество. Юность.

Замедленная съемка крупным планом - так, пользуясь современными понятиями, можно определить специфику художественного построения значительной части автобиографической трилогии.  Для того чтобы раскрыть диалектику души, всю сложность и текучесть мыслей, переживаний, чувств и оттенков чувств человека, Толстой очень внимательно вглядывается в движение души своего героя. Сорок одна глава понадобилась автору, чтобы рассказать только о шести днях из жизни Николеньки.

"Две лучшие добродетели - невинная веселость и беспредельная потребность любви" - таковы, по мнению Толстого главные особенности, определяющие отношение человека к миру и людям в детском возрасте. Все то, что могло бы нарушить светлый взгляд Николеньки на мир, нерассудочное и недоброжелательное отношение к людям, побеждается или любовью к нему его близких, или, наоборот, любовью самого Николеньки к тем, кто его окружает.

Опишем, к примеру, такой эпизод из "Детства". Николенька, возвратившись с охоты, решил нарисовать всё то, что он видел за прошедший день. Так как у него была синяя краска, то он очень живо изобразил синего мальчика верхом на синей лошади и синих собак. Но тут у него возникает вопрос: а бывают ли синие зайцы? Спросив об этом у отца и получив утвердительный ответ, Николенька нарисовал синего зайца, которого затем переделал в куст, потом вместо куста изобразил дерево, вместо дерева - облако, и так далее. А закончил Николенька тем, что с досады разорвал рисунок. Может показаться, что это случай - пример "микроскопического анализа ради самого анализа" или просто зарисовка быта детей в семье Иртеньевых. Вероятно, что всё-таки не так. Зададим такой вопрос: почему же Николенька не мог нарисовать синего зайца, если до этого он с легкостью изобразил синюю лошадь и синюю собаку? Просто потому, что когда Николенька со всей непосредственностью отдавался рисованию, процессу творчества, тогда перед ним не вставало никаких вопросов, но как только "включился" разум, анализ (бывают ли синие зайцы), непосредственность живого чувства была нарушена, и вместо удовлетворения от рисования возникли досада и раздражение.

Несколькими главами ранее Толстой описал игры детей, и это описание может послужить дополнительным комментарием к определенному эпизоду. Дети сели на землю и, вообразив, что они плывут на лодке, начали "грести". Только брат Николеньки Володя сидел неподвижно. Когда ему сделали замечание, он сказал, что от того буду ли они больше или меньше махать руками, ничего не изменится и они никуда не уплывут.  Все понимали, что Володя прав и с ним нельзя не согласиться. Но и согласиться с ним тоже было невозможно. Глава заканчивается таким вопросом: "Ежели судить по-настоящему то никакой игры не будет.А игры не будет, что же тогда останется?" Действительно, разум, логика подсказывают, что синих зайцев не бывает, что, сидя на траве и размахивая руками, никуда не уплывешь, а шапочка  и халат его учителя Карла Ивановича не так уж и привлекательны. Но в любви Николеньки к Карлу Ивановичу тоже есть истина, также как и в свободной игре воображения и непосредственности, с которыми он отдаётся своим детским фантазиям, рисованию, и, главное, желанию любить, нравиться и делать добро всем окружающим его людям.

Отрочество начинается у Николеньки с того, что он приобретает новый взгляд на жизнь, то есть, вдруг понимает, что в мире живет много других людей, они заняты своими делами и заботами и им нет никакого дела до Николеньки Иртеньева. Конечно, подчеркивает Толстой, Николенька знал это и до того, как приобрел новый взгляд на жизнь, но не сознавал, не чувствовал. Осознав себя как личность, Николенька научился не только на себя смотреть со стороны, оценивая свои чувства и поступки как бы чужими глазами, но и приобрел способность не так как в детстве, основываясь на любви, а чаще всего отчужденно-аналитически воспринимать окружающих людей. Если в детстве Николенька только на минуту усомнился в доброте и отзывчивости Карла Ивановича, а его халат и шапочка показались ему противными, то, теперь, в отрочестве, в "свете нового взгляда на жизнь" Карл Иванович кажется ему настолько странным и смешным, что он удивляется, как этого не замечал раньше. Если в детстве Николенька глубоко уважал бабушку и думал, что она любит его, то теперь видит, что дорог ей только как воспоминание о дочери. В этих наблюдениях Николеньки много правды и много ума, что чувствует и сам герой "Отрочества". Ум, способность рассуждать, исследовать - вот что кажется теперь основным для Николеньки. Ощутимые потери, которые несет Николенька в отрочестве - та глубокая радость любви, которую он испытывал в детстве.

В юности же Николенька постоянно с большим или меньшим успехом играет какую-нибудь роль. То влюбленного, строя свое поведение по схемам, вычитанным им из романов, то философа, так как в свете его мало замечали, а постоянной задумчивостью и уединением можно было скрыть свой неуспех, то роль большого оригинала. При этом он заглушает в себе естественные чувства, мысли и побуждения. Чаще всего он делает это потому, что хочет нравиться окружающим его людям, хочет, чтобы его любили. Он стремится быть таким, как все, как его отец, как старший брат, как товарищ старшего брата Дубков, перенимая привычки, правила, мысли людей своего круга. Но какую бы роль не играл Николенька в юности, как бы ни старался быть похожим на тех, для кого однажды выбранная роль стала второй натурой, он никогда не будет похож на большинство окружающих его людей. И прежде всего потому, что все они никогда не создавали нравственных правил и не мучились от того, что их не удается применить в жизни, а пользовались теми, которые были приняты в их среде и считались общеобязательными.

Постоянный самоанализ часто убивал непосредственность ощущений, но он же позволял Николеньке увидеть в себе то ложное, тщеславное, надуманное, что многие благополучные и довольные собою люди считали добродетелью. "Голос раскаяния и страстного желания совершенства был главным новым душевным ощущением в ту эпоху моего развития..." - подчеркивает автор-повествователь.

Поэтому читатель верит, что Николенька никогда не остановится в своих нравственных поисках. В конце трилогии он садится писать правила жизни, будучи твердо убежден, что уже никогда не сделает ничего дурного, ни одной минуты не проведет праздно и никогда не изменит своим правилам.  

Лев из Ясной

28 августа 1828 года в имении Ясная Поляна (Тульская губерния, Россия) родился Лев Николаевич Толстой. Был он родом из дворянской семьи, комфорт и покой которой обеспечивался трудом нескольких сотен крепостных душ. Однако, мы не можем его не колеблясь назвать баловнем судьбы. Мать Толстого умерла, когда ему еще и не было двух лет, отец - когда исполнилось девять. Кроме того, сам Лёвушка был стеснителен, замкнут и искренне убежден, что он не привлекателен ни внешне, ни внутренне для общества. Избавиться от этих нелепых комплексов ребенку помогла графиня Юшкова (сестра покойного отца), которая стала вторым опекуном осиротевших детей. В 1840 году Толстой с братьями и сестрой перебирается к ней в Казань. Пелагея Ильинична Юшкова была яркой представительницей светского общества. Приличные манеры, туалеты, расстановка мебели в доме заботили ее прежде всего. В своем доме она часто устраивала пышные приемы с фуршетами, танцами и разнообразными играми.
Вот как сам Толстой вспоминает о графине Юшковой: - «Добрая тётушка моя, чистейшее существо, всегда говорила, что она ничего не желала бы так для меня, как того, чтобы я имел связь с замужнею женщиною».
Основной задачей для всех Толстых в годы жизни в Казани было получение образования, и город предоставлял для этого прекрасные возможности. Но на одной чаше весов лежали занятия, а на другой - балы и театры. Легкомысленная и тщеславная тетушка, стремясь, во что бы то ни стало соответствовать идеалу «comme il faut» (комильфо означало — приличное, принятое в большом свете), всячески втягивала своих воспитанников в светскую жизнь с ее удовольствиями.
Лев Николаевич со всем юношеским пылом предавался светским развлечениям – участвовал в балах, любительских спектаклях, благотворительных мероприятиях; посещал концерты и театральные представления. Другим же его увлечением во времена юности было чтение книг. Лев Толстой очень много читал, причем чтение его отличалось серьезностью и разнообразием, включало книги философской, религиозной, исторической направленности, произведения русских и зарубежных авторов.
На третьем году обучения Толстого не допускают к экзаменам из-за плохой посещаемости занятий, и он решает оставить университет. Юный Лев возвращается в доставшуюся ему по разделу Ясную Поляну, где у него появляется огромное количество времени на чтение книг (не отвлекаясь на балы и учебу). Он читает произведения таких великих европейских философов как Руссо, Монтескье, Вольтера, Гегеля, Шеллинга, Декарта. Философия отвечала наклонности Л. Толстого к самонаблюдению, анализу, углубленным размышлениям.
Именно на этом этапе своей юности Толстой приходит к умозаключению, что он является тоже (как и вышеперечисленные философы) мыслителем, и его предназначение делиться своими мыслями с обществом. Первую книгу Толстой начал писать зимой 1850 (в 22 года), это была повесть "Детство" из автобиографической трилогии ("Детство. Отрочество. Юность."). Но закончил он ее в 1852 году, когда уже служил в дивизии на Кавказе. При отправлении рукописи в журнал Лев Толстой приложил письмо, в котором говорилось: «…я с нетерпением ожидаю вашего приговора. Он или поощрит меня к продолжению любимых занятий, или заставит сжечь всё начатое».
Военная карьера Толстого продолжалась до ноября 1856 года. Он успел поучаствовать в Крымской войне и, даже, получить орден святой Анны "за храбрость" и несколько медалей "за защиту Севастополя". После окончания службы Толстой отправляется в длительное путешествие по Европе (почти на три с половиной года), изучая культуру и общественно-политическое устройство буржуазной цивилизации. Вернувшись из путешествия в родимое имение, Толстой всецело и безвозвратно отдается литературному делу.
Каждый из нас, услышав фамилию Толстого, вспоминает о монументальном труде "Война и мир" (о котором все слышали, но единицы, лишь, решались прочесть. Кстати, я тоже не читал) и романе "Анна Каренина", которые были признаны шедеврами мировой литературы и расхвалены критиками. Но мало кто знает, что сам Толстой отрекся от этих работ, после переосмысления жизни и своего предназначения. На рубеже восьмидесятого года со Львом Николаевичем происходит духовный кризис, который заставляет его признаться в следующем: "всё что мною было написано раньше, я написал из самолюбия. Жажда славы и признания руководили мною".
Мы вместе с вами постараемся познакомиться (на протяжении ближайших двух месяцев) с творчеством Толстого и понять в чем же основная ценность его литературной работы. Какой из периодов его творчества (до 80-х или после) более интересен?

Достоевский

Недавно посмотрел сериал «Достоевский» и был приятно удивлен, не только тем фактом, что наш кинематограф умудряется всё же поставлять на рынок общественно-полезный продукт, но и великолепным актерским мастерством Евгения Миронова, сыгравшего роль Федора Михайловича. Я не раз слышал мнение, что Евгений является наилучшим актером России, после просмотра данного сериала я готов согласиться с этим мнением. Он ни разу не «переиграл». Лично я себе Достоевского представлял практически таким, каким его показал режиссер и сыграл Миронов. Человек, которого до конца дней мучали духовные вопросы. Человек, который, не смотря на всю свою добродетель и гениальность, испытывал низкие людские страсти и совершал порочные поступки. Человек, который был совершенно беспомощен в быту, как малый ребенок. Человек, который влюблялся столько же раз, сколько написал романов. Человек, который прошел пять лет Сибирской каторги и пять лет солдатской службы, в общей сложности прожив десять лет в казармах, где ни на секунду не мог уединиться, не мог писать.

Несколькими месяцами ранее я прочел библиографию Достоевского, из серии ЖЗЛ (жизнь замечательных людей). Не помню автора данной книги, но она написана искусно. Повествование идет в художественном стиле, при этом используется слог Достоевского. Данная книга намного глубже раскрывает жизнь гениального писателя, чем сериал, кроме того в ней описаны нюансы создания всех знаменитых романов Достоевского: как зарождалась идея, как она воплощалась, сколько времени было потрачено, что хотел высказать автор и так далее. В ней приведены отрывки из многих писем переписки Достоевского. Приведены мнения современников о нем. Более ярко раскрыты отношения с Тургеневым. Впечатляет также описание поездки Достоевского в Москву на церемонию открытия памятника Пушкину. Его несбывшаяся мечта встретиться с Толстым, их единственная переписка (влияние творчества Достоевского на сознание Толстого бесспорное. Книга «Братья Карамазовы» никогда не покидала рабочего стола Льва Николаевича).

В общем, в сериале упущено множество важных деталей. Несмотря на это он достоверно описывает этапы жизни великого писателя, его страсти, увлечения и духовную борьбу. Конечно же, некоторые моменты в нём преувеличены, особенно страсть к рулетке и к женщинам (это влияние на режиссера современной культуры и рыночной конъюнктуры), но в целом он правдоподобно передает натуру Федора Михайловича.

Некоторые из вас после просмотра сериала могут удивиться, мол, как же это получается так, что писатель, который взывает к добродетели, сам вел не совсем праведную жизнь (прелюбодействие, азартные игры, ревность, переходящая в гнев, чрезмерное себялюбие). На это я вам скажу, что не знаю ни одного человека, живущего «в миру», который бы не испытывал страстей, и не был порочным. Такова уж наша с вами природа братцы и сестрицы. Широка душа, все вмещает!

Порой хочется сидеть у храма на скамеечке, считая солнечных зайцев, скользящих по золотым куполам, вдыхая аромат липового дерева, растущего рядом со скамеечкой, а порой пойти в такой гул, со всем размахом русской души, в какой ходил Дмитрий Карамазов вместе с Грушенькой, или же Рогожин с Настасьей Филипповной.  

Отрывок из книги С.Норда "Ирония любви"

- Больно любезный ты сегодня сынок. Неужто ль хочешь меня о каком-нибудь одолжении попросить? – задал вопрос Николай, откусив бутерброд с черной икрой.

- Ты как всегда, папа, в своем репертуаре. Прямой и тяжелый, как рельсы, - с какой-то легкой грустью посмотрел на отца Роман. – Ты же знаешь, что я уже больше десяти лет у тебя ничего не просил и не собираюсь этого делать. Но у меня есть деловое предложение: ты мне даёшь на два месяца пять миллионов, а я тебе возвращаю пять с половиной.

- Пять миллионов долларов? – даже не моргнув глазом, спросил отец.

- Нет, гривен.

- А зачем тебе? Я думал, что ты занимаешься брокерскими услугами по экспортным операциям, то есть, посредник

- Да, я брокер, поэтому оформляю определенные документы на вывоз товара из страны. Но помимо этого, я никогда не упускаю возможности, которые мне открываются. Если я знаю, что где-то могу купить дешевле, а продать дороже, то делаю это. Сейчас появилась возможность поставить в Казахстан огромную партию бруса. Я хорошо знаком с директором деревообрабатывающего комбината, и мы уже договорились о цене на брус. Партия поставки заключает шестьдесят вагонов. Для того чтоб осуществить такую поставку мне необходимо пять миллионов гривен.

- Раз ты порой занимаешься такими торговыми операциями, у тебя же должны быть деньги в обороте.

- У меня они есть, но эта сумма равна восьмистам тысячам. Мне же необходимо в общей сложности пять с половиной миллионов.

- К сожалению, я не располагаю на данный момент свободными средствами в таком размере, - не торопясь, четко выговаривая каждое слово, произнес Николай.

- У тебя сеть заводов по производству цемента и пеноблоков. Кроме того, ты экспортируешь строительные материалы. Для твоей группы компаний не составит никаких проблем получить дополнительный кредит из-за рубежа, который тебе обойдется, учитывая все комиссии, в восемь процентов годовых. Ты мне дашь эти деньги, и я их верну через месяц или два, заплатив тебе сорок процентов годовых.

- Какой смысл мне этим заниматься, если уровень моей доходности ничем не меньше?

- Согласен, но пять миллионов гривен не повлияют на твой бизнес. Ты ничего не теряешь, только заработаешь полмиллиона за два месяца, и дашь возможность заработать мне полмиллиона.

- Понимаешь, сынок, я не могу идти вразрез со своими принципами, - вздохнул Николай.

- Это какими? – удивленно посмотрел на отца Роман.

- Не переношу торгашей, и не способствую их благополучию, - военным голосом отчеканил полковник в отставке. – Будь моя воля, я бы давно убрал эту прослойку в экономике. Люди, которые не создают благ, ничего не производят, а пытаются зарабатывать на спекуляциях. На том, что кто-то хочет жить хорошо, не участвуя в процессе производства. Ты можешь производить товары либо услуги, но перепродавать уже произведенное кем-то другим это зазорно, по-моему.

- Разделение труда, один производит, а другой продает.

- Почему же тогда норма твоей доходности, не уступает норме доходности производителя, даже превышает ее? Что ты сделал такого для этого?

- Нашел покупателя и обеспечил логистику. Так устроена нынешняя система.

- Вот это мне и не нравится. Я, конечно, понимаю, что в чем-то ты прав, но это противоречит моей натуре, тем идеалам и принципам, в которые я верю. Нынешняя экономика катится вниз, потому что слишком много стало таких людей, как ты, которые хотят получать намного больше, чем заслуживают.

- Да, уж, - развёл руки в стороны Роман.

- Попроси сам кредит в банке?

- Ты же прекрасно понимаешь, что мне его не дадут. У меня нет того, что можно предложить в залог.

- Извини, не обижайся. Если бы ты нуждался в базовых потребностях, либо у тебя были какие-то проблемы со здоровьем – я бы дал тебе деньги. Но у тебя все замечательно, а поощрять ту систему, которую я хотел бы уничтожить, я не собираюсь.

- Горбатого могила исправит, - шепотом произнес Роман, а потом громко добавил. – Ты со своими Сталинскими замашками уже достал.

- Ты не забывайся, сынок. Мы с тобой десять лет не общались, поэтому я не хотел бы, вновь, ссориться. Касательно Иосифа Виссарионовича, то вы, молодое поколение, много не знаете, а знаете, лишь, то, что вам в голову вложили другие люди. Люди, которые также как и ты, не хотели работать, а выдавать кредиты и заниматься всякого рода спекуляциями. Именно таких людей он, в своё время, и заставлял трудиться в определенных лагерях. Напомню ещё тебе о победе в великой войне и послевоенной индустриализации. Поэтому в моём присутствии, пожалуйста, не смей в плохом свете говорить о Сталине.

- Положим, что твои рассуждения верны, а я заблуждаюсь в том, как правильно надо жить. Но с чего ты решил, что я должен принимать твою позицию? Вот эти твои диктаторские взгляды меня выводят из себя. Пусть я делаю не то, что ты считаешь правильным, но это мой выбор. Каждый человек имеет право выбора, понимаешь?

- Нет, не понимаю. Если бы каждый знал глобальные принципы мироздания, то делал бы правильный выбор. Так как своими поступками ты наносишь вред другим, только не прямой и открытый, а относительный, который отобразиться на исходе глобального противостояния двух цивилизаций: хищной, порабощающей труд других людей, и духовной, не посягающей на истинную свободу других людей.

- Ладно, давай не будем об этом. Твоя сказочная космогония меня просто удивляет. Надо же в такое верить, - покачал головой Роман и налил себе вина в бокал.

Спящее общество...

Зловещий инцидент, криминальная новость о котором взорвала интернет и привлекла к себе пристальное внимание СМИ в нашей стране, вновь, к нашему сожалению, произошел в Николаевской области. Не успели мы еще забыть об Оксане Макар, сожженной заживо моральными ублюдками, как во Врадиевке молодая женщина стала жертвой изнасилования и жестокого избиения трёх очередных отморозков, двое из которых являются государственными служащими правоохранительных органов (милиционеры). Что же случилось с общественными ценностями, раз можно так просто сжигать людей, как ненужную картонную коробку, насиловать их и калечить, не боясь за это наказания? Может быть, связанно это с тем, что в наше время остался только один вид наказания – государственный (в Божественный суд уже веруют немногие, а общественная самосознательность и самооброна не имеют право на жизнь в обществе «эгоистических индивидуалистов»). И это государственное наказание не страшит ту группу сознательных преступников, которые имеют надежду уклониться от него посредством каких-либо связей и протекций.

Проблема очевидна – государственная правоохранительная система гниёт изнутри. Такая система не является эффективной, вместо того, чтоб защищать своих граждан, она действует выборочно, уничтожая одних и оправдывая других, руководствуясь многими мотивами, главные из которых – власть и деньги.  

Нам остается уповать только на одно – пробуждение общественной сознательности!

Вы можете возразить, заявив мне о том, что на самом деле в мире ничего не меняется, что во все времена было огромное количество беззакония, что лишь в последние десятилетия каждому криминальному инциденту придают всеобщую огласку и создают ажиотаж при помощи развитой системы СМИ. Да, это так. Но вы забываете об одной маленькой особенности  - имеет место не только научно-технический прогресс, отображающийся в экономическом росте, но и прогресс человеческого сознания, правильное развитие которого неразрывно связано с принятием совести. Хороших людей (те у которых есть совесть) намного больше, чем плохих (те у которых нет совести). Если бы это было не так, мы давно бы уже утонули в крови. Хороших людей намного больше, поверьте!

Почему же тогда мы, хорошие люди, позволяем злу доминировать в сегодняшнем мире? Я думаю, основные причины следующие:

- провозглашение в современном капиталистическом мире фундаментальной и безоговорочной лжеценности, выражающейся во владении материальными благами. Эта ценность превращает человека, который по своей животной (а не божественной) природе склонен к жестокости, в индивидуалиста, который ищет комфорта только для себя, пренебрегая всеми моральными законами. А так как в капиталистическом мире все моральные законы уже априори стоят по иерархии ниже денежного закона, то, соответственно, ими можно пренебрегать. 

- насаждающаяся веками Христианская терпимость, которая говорит о всепрощении и ненасилии. Лично, мое мнение, данная заповедь была дописана служителями церкви, дабы, держать угнетенный властью народ в смирении.    

- трусость, которая связанна в основном со страхом потерять жизнь (все остальные страхи, к примеру, лишиться комфорта, служебного положения, здоровья и т.д. , являются, лишь, проекциями этого основного источника страха).  

- наша разрозненность, которая является следствием первых трех причин.

Вот эти причины не дают нам, хорошим людям, объединиться и дать отпор силам зла.

К примеру, если бы «государственная власть» была совсем глупа и не принимала оперативных мер (снятие с должностей определенных лиц, арест преступников и передача дела в высшие инстанции), кто из нас пошел бы на борьбу за правду? Три типа людей: те, у кого в жизни случалось подобное горе, те, кто не имеет достаточное количество благ и ценностей (нечего терять) и высоко-сознательные личности (их базовые потребности обеспечены, и с членами их семьи не приключались подобные инциденты, но совесть заставляет этих людей встать на сторону правды).

Только вот перевес в борьбе будет зависеть от количества третьего типа людей. Чтобы таких осознанных личностей становилось больше, нам всем вместе надо подумать над тем, как устранить вышеизложенные причины, разлагающие общество.

Но в первую очередь, начинать, конечно же, надо с себя!